Таинственные исчезновения и перемещения

История о трагической судьбе молодого человека, попавшего во власть внеземных сил, на протяжении нескольких десятилетий появлялась в печати как реальный случай. Согласно наиболее распространенной версии, это странное событие случилось накануне Рождества 1889, 1890 или 1900 года на ферме в районе города Саут-Бенд, штат Индиана. Вся семья и друзья молодого человека собрались на праздничную вечеринку. В самый разгар праздника Оливер Лерч (или Ларч), 20-летний юноша (по некоторым версиям — 11-летний мальчик), вышел во двор к колодцу, чтобы принести воды. Ночь была ясной, после небольшого снегопада небо очистилось от облаков. Через несколько минут раздались ужасные крики; все бросились во двор и увидели, что следы Оливера прерываются на полпути к колодцу. Слышны были крики: «Меня схватили! Помогите! Помогите!» — казалось, голос доносился откуда-то с неба. Спустя некоторое время мольбы о помощи затихли, и с тех пор никто никогда не видел Оливера Лерча и не слышал о нем. Согласно газетным сообщениям, «подробное описание этого странного дела занесено в протокол местного отделения полиции». Существует подобная история об исчезновении 11-летнего мальчика Оливера Томаса, якобы случившемся в Рэйдере, Уэльс, штат Нью-Йорк, США. Рассказы об этом происшествии появились в 1960-х годах на страницах бульварных газет. Однако изучение архивов в Рэйдере показало, что мальчик по имени Оливер Томас никогда не жил в тех местах. Рассказ об Оливере Лерче (Ларче) возник гораздо раньше. В сентябре 1950 года журнал «Фейт» выдвинул предположение о том, что Лерч был похищен инопланетянами. На основе этой истории был написан целый ряд книг: М. К. Джессап «Случай НЛО» (1955), Фрэнк Эдвард «Самое странное» (1956). Однако 27 лет спустя писатель Джо Никель на страницах того же журнала «Фейт» приводил признание Джозефа Розенберга: «В истории об исчезновении Оливера Лерча нет ни крупицы правды… Эту небылицу просто выдумали ради денег». Хотя Розенберг приписывал авторство себе, в действительности же еще в 1932 году Рудольф X. Хорст, редактор газеты «Саут бенд трибюн», отвечая на вопросы британского писателя Гарольда Т. Уилкинса, заявил: «Эта история является полностью вымышленной. Мы много раз слышали об этом событии, якобы случившемся в семье Лерч, но так и не смогли найти это семейство». За основу этой небылицы взят сюжет научно-фантастического рассказа «Следы Чарлза Ашмора» из книги Амброза Бирса «Возможно ли это?», изданной в 1893 году. Главный герой рассказа тоже идет за водой к колодцу и бесследно исчезает. Его семья находит лишь «следы ног, резко обрывающиеся на полпути, и вокруг — нетронутый снег». Позже члены семьи пропавшего слышат его голос, как будто доносящийся «с огромного расстояния, тихий, но очень внятный». Однако никто так и не смог определить, каким образом Чарлз Ашмор превратился в Оливера Лерча, а обычный фантастический рассказ вдруг оказался «невероятной историей, случившейся на самом деле». В самом деле, истории подобного характера составили одну из любимых тем Амброза Бирса. Бирс был некогда одним из наиболее известных американских писателей, но сегодня он известен главным образом по книгам «В середине жизни» и «Словарь дьявола». Бирс родился в Огайо в 1842 году и отличался некоторым болезненным восприятием действительности, которое отразилось в большинстве его произведений. Он написал несколько докладов о необъяснимых, паранормальных исчезновениях, большая часть которых была опубликована в альманахе «Такое случается?» в главе под названием «Таинственные исчезновения». Бирс сам исчез при довольно загадочных обстоятельствах. Его последнее письменное сообщение было адресовано его секретарю и датировано 16 декабря 1913 года. Оно было отправлено из Ларедо, штат Техас, и содержало многочисленные упоминания о мексиканской революции, которая как раз была в разгаре в то время. В письме Бирс заявил, что направляется в Мехико «с определенной целью, которая пока не подлежит раскрытию». Больше Бирса никогда не видели и не слышали. Считается, что он умер в конце 1913 года или в 1914 году, хотя его тело так и не нашли. Следующие истории, ссылающиеся на подлинные источники, взяты из альманаха «Такое случается?» и впервые были опубликованы в 1893 году. Дом призраков

По дороге, ведущей в Буневилл, что на север от Манчестера в штате Коннектикут, в 1862 году стояла деревянная постройка, отличавшаяся лучшим качеством, нежели многие жилища в той области. Сооружение было разрушено на следующий год, вероятно, отставшими солдатами колонны генерала Джорджа У. Моргана. Это было как раз в то время, когда его войска были отброшены от Кемберлендского ущелья к реке Огайо генералом Кирби Смитом. До пожара дом пустовал в течение четырех или пяти лет. Поля вокруг него заросли ежевикой, заборы порушились, даже немногие жилища для негров и пристройки частично развалились из-за недосмотра и грабежей, так как негры и бедные белые, проживавшие в окрестностях, находили в здании и за его заборами многочисленные запасы горючего, которым они и пользовались среди бела дня. Но только днем. Как только смеркалось, ни одно человеческое существо, кроме проходивших мимо солдат, не подходило близко к этому месту. Здание называли «домом призраков». В том, что в нем поселились злые духи, которых можно было увидеть, услышать и ощутить, никто во всей области не сомневался. Мнение его владельца обо всем этом не было известно. Он со своей семьей однажды ночью исчез, и от них не нашли ни следа. Они оставили все: домашнюю утварь, одежду, провизию, коней в конюшне, коров в поле, негров в пристройках — все как было, ничего не исчезло, кроме мужчины, женщины, трех девочек, мальчика и грудного ребенка! Ничего удивительного, что здание так назвали, ведь дом, где одновременно могли бесследно исчезнуть семь человеческих существ и никто из окружающих не попал под подозрение, действительно был домом призраков. …В одну из ночей в июне 1859 года два жителя Франкфорта — полковник Джей Си Макардл, адвокат, и судья Майрон Вэй из национальной гвардии — ехали из Буневилла в Манчестер. Их дела не терпели отлагательств, так что они решили продолжить путешествие, несмотря на темноту и близкое погромыхивание надвигающейся грозы, обрушившейся на них как раз тогда, когда они остановились перед «домом призраков». Молния сверкала столь часто, что путники легко нашли дорогу через ворота в сараи, где остановились и распрягли повозку. Потом сквозь дождь они пошли к дому и стучали во все двери, но так и не получили ответа. Посчитав, что виной всему непрекращающиеся раскаты грома, толкнули одну дверь, и та поддалась. Они вошли без дальнейших церемоний и закрыли дверь. В тот же момент оказались в темноте и тишине. Ни проблеска беспрестанных вспышек молнии не проникало сквозь окна и щели, ни малейшего звука ужасного грохота грозы не доносилось до них. Казалось, что они внезапно ослепли и оглохли. После Макардл говорил, что на секунду он посчитал себя убитым ударом молнии, когда переступил порог. Дальше приключение Макардла можно передать его собственными словами из газеты «Адвокат» от 6 августа 1876 года: “Когда я немного оправился от поразительного эффекта — перехода из грохота в тишину, — моим первым побуждением было приоткрыть дверь, которую я закрыл и за ручку которой я еще бессознательно держался, ощущая ее крепко сжатой в моих пальцах. Мое намерение было убедиться, снова попав под дождь, действительно ли я лишен зрения и слуха. Я повернул ручку и потянул дверь. Она вела в другую комнату! Это помещение было залито слабым зеленоватым светом, источник которого я не смог определить, делающим все более или менее видимым, хотя ничего нельзя было толком разобрать. Я сказал «все», но по-настоящему единственными предметами, находившимися внутри глухих каменных стен комнаты, были человеческие трупы. Всего их было восемь или, может быть, десять — наверное, понятно, почему я не стал их считать. Они были разного возраста, или лучше сказать размера, от младенческого и выше, и обоего пола. Все лежали распростертыми на полу, за исключением одного, очевидно молодой женщины, которая сидела, оперевшись спиной на угол стены. Другая женщина, постарше, держала на руках младенца. Юноша-подросток лежал лицом вниз в ногах бородатого мужчины. Один или два были почти голыми. Рука молодой девушки сжимала кусок халата, который она сорвала с груди. Тела были в разной стадии разложения, все усохшие лицом и фигурой. Некоторые уже не отличались от скелетов. Пока я стоял, ошеломленный этим отвратительным зрелищем, все еще держа дверь открытой, мое внимание каким-то ненормальным образом было отвлечено от ужасающей сцены и обращено на различные мелочи и детали. Может быть, мой рассудок с помощью инстинкта самосохранения искал облегчение среди вещей, которые смогли бы рассеять его опасное напряжение. Среди всего прочего я заметил, что дверь, которую я держал открытой, была сделана из тяжелых металлических заклепанных пластин. На равном удалении друг от друга по всей длине ее скошенного края торчали три тяжелых болта. Я повернул ручку, и они сровнялись с краем, я отпустил ее, и они моментально выдвинулись. Это был пружинный замок. Внутри не было ручки или какого-либо выступа, только гладкая металлическая поверхность. Отмечая все это с интересом и вниманием, которое теперь при воспоминаниях поражает меня, я почувствовал, как меня отбросило в сторону, и судья Вэй, о котором я из-за волнения совершенно забыл, рванулся, отстраняя меня, в комнату. «Ради Бога, — закричал я, — не ходите внутрь! Давайте поскорее уберемся из этого ужасного места!» Вэй не обратил внимания на мою просьбу, а, как бесстрашный джентльмен-южанин, быстро пошел в глубь комнаты, опустился на колени рядом с одним из тел, чтобы лучше рассмотреть, и приподнял его почерневшую и сморщенную голову. Острый, невыносимый запах просочился сквозь дверной проем, буквально сбивая меня с ног. У меня перехватило дух, я почувствовал, что падаю, и, хватаясь за косяк двери, закрыл ее с резким щелчком! Больше я ничего не помню: шесть недель спустя я пришел в себя в гостинице в Манчестере, куда меня отвезли какие-то незнакомцы на следующий день. В течение этих недель я страдал от нервной лихорадки, сопровождавшейся постоянным бредом. Меня нашли лежащим на дороге в нескольких милях от дома, но как я покинул его, чтобы попасть туда, так и не знаю. После моего выздоровления, то есть как только врачи разрешили мне говорить, я навел справки о судьбе судьи Вэя, о котором (чтобы успокоить меня) мне говорили, что он в здравии и пребывает дома. Никто не верил ни единому слову моей истории, и что тут удивительного? А кто может представить мое горе, когда по прибытии домой во Франкфорт два месяца спустя я узнал, что судью Вэя больше не видели с той ночи? Потом я начал горько проклинать свою гордость, которая не позволила мне повторить свой неправдоподобный рассказ и настаивать на правде. Все, что произошло потом — обследование того жуткого дома, бесплодные попытки найти комнату, совпадавшую с данными мной описаниями, желание объявить меня безумцем и, наконец, мой триумф над моими обвинителями, — со всем этим читатели «Адвоката» знакомы. По прошествии всех этих лет я все еще уверен, что раскопки, которыми я не имею ни права, ни сил заняться, раскрыли бы секрет исчезновения моего несчастного друга и, возможно, проживавших там ранее людей и владельцев пустынного и теперь уничтоженного пожаром дома. Я еще не отчаялся всетаки начать поиски, но мне очень горько, что их задержали из-за незаслуженной враждебности и неблагоразумной недоверчивости семьи и друзей покойного судьи Вэя”. Полковник Макардл умер во Франкфорте 13 декабря 1879 года. По прочтении этого материала можно предположить, что полковник Макардл и судья Вэй наткнулись на место, где несколько человек встретило свою смерть либо случайно, либо по злому умыслу. Однако несколько фраз в этой истории наводят на мысль о том, что комната, в которую попали Макардл и Вэй, находилась в другом измерении. Когда ночные путники вошли в дом из-за бушующей грозы, как уже говорилось, «ни проблеска беспрестанных вспышек молнии не проникало сквозь окна и щели, ни малейшего звука ужасного грохота грозы не доносилось до них». Это заставило Макардла серьезно задуматься, был ли он убит или лишен зрения и слуха. Если бы это был просто пустующий дом, можно было бы ясно увидеть молнию в окнах и, конечно, услышать стук дождя по крыше. Те, кто входил в другие измерения, часто описывают их подобным образом. Их называют странно тихими, безжизненными местами. Также немаловажно, что тщательное обследование дома не обнаружило комнату, отвечающую описаниям Макардла. Возможно, комната находится в другом измерении, куда можно войти только в определенное время и откуда выход почти невозможен. Может быть, судья Вэй стал самой последней жертвой странной временной ловушки, которая к тому моменту уже забрала несколько человек. В следующих рассказах Амброз Бирс описывает случаи, в которых не известны детали исчезновения каждой жертвы. Лишь говорится, что жертва просто физически испаряется — довольно неожиданно — с лица земли. Поле трудно пересечь

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51