Рыцари

Как жили обитатели замка

Чтобы войти в жилой дом, надо подняться по каменной лестнице. Местами каменные ступени сменяются деревянными, их можно легко снять, и тогда в лестнице будут зиять непреодолимые пустоты. Входная дверь окована железом, взломать ее почти невозможно. В большом парадном зале, где собираются вассалы, где проходят пиры и поют заезжие жонглеры, всегда царит полумрак. Небольшие окна, прорубленные в мощной толще стен, забраны для большей безопасности железными решетками и заклеены от ветра промасленной бумагой или бычьими пузырями. Стекло — мутное, почти непрозрачное — уже известно в Европе, но стоит дорого и позволить себе застеклить окна могут лишь короли и герцоги, да самые богатые из сеньоров. Зимой окна наглухо закрываются деревянными ставнями, и тогда зал освещается смоляными факелами, воткнутыми в железные кольца на стенах, да огнем огромных каминов, где пылают целые стволы больших деревьев. Во всех жилых помещениях стоит неистребимый запах дыма, гари и копоти. В длинных узких коридорах живут летучие мыши, под ногами носятся крысы. Мрачно, темно и в тех комнатах над залом, что служат спальнями для барона, членов его семьи и гостей. Внизу же, в подвале под залом, помещаются самые верные из слуг, а еще ниже — подземелье с казематами для пленников низкого звания и рода. Как правило, есть здесь и потайная дверь, что ведет к подземному ходу, который оканчивается где-нибудь в чаще соседнего леса. Через этот ход можно было делать неожиданные для врага вылазки во время осады замка или спасаться бегством вместе с семьей и челядью, если уж ничего другого не оставалось. В мирное время каждое утро с дозорной башни слышался звук рога, которым часовой встречал восход солнца. Со стен ему отвечали другие сторожа. Замок, ночью казавшийся вымершим, вдруг оказывался полным людей. Внутренний двор наполнялся гостями, родственниками, оруженосцами — детьми благородных родителей, ждущими посвящения в рыцари, когда придет для этого срок. Жил в замке и священник, состоящий при домовой часовне, не говоря уж о многочисленных слугах. Работы слугам всегда хватало. Были они и столярами, и оружейниками, и каменщиками, и кровельщиками. При необходимости на помощь им призывались крепостные крестьяне, которым вдобавок к работам в замке приходилось обрабатывать и господские поля, а также снабжать замок льном, домашней птицей, яйцами, ягодами. Чем многочисленнее была у барона челядь, тем он считался сильнее и богаче. Слуги, жившие в замке, не только работали по хозяйству, но составляли и военную дружину, отправлявшуюся, когда приходила пора, на войну вместе с хозяином. Управление слугами и хозяйством требовало частого непосредственного вмешательства барона, но это, как правило, лишь развлекало его в свободное от войны время. Рано утром, прослушав службу в часовне, барон появлялся на одной из площадок лестницы башни, специально отведенной под место разрешения споров, если они возникали среди обитателей его владений. Здесь же барон отдавал приказания слугам, а потом лично шел осматривать свое обширное хозяйство. Впрочем, на крестьянские работы внимания обращалось мало — здесь барон всецело полагался на управляющих, но обязательно он заглядывал на конюшню, на псарню. в мастерские, где ковались мечи, копья, устранялись поломки вооружения. Скучновато и уединенно протекала жизнь в рыцарском замке, если не было войн. Барон выезжал на охоту, упражнялся в воинском искусстве. Госпожа проводила дни за рукоделием и чтением. По настоящему замок наполнялся жизнью лишь тогда, когда игрались свадьбы, проводились турниры, давались пиры — тогда съезжались гости изо всех окрестных замков, и потом эти события вспоминали долго-долго — до следующего такого же яркого события. В остальное время даже новости нечасто доходили в замок, и его обитатели несказанно радовались, если у его ворот просил приюта любой случайный путник — бродячий монах или менестрель, странствующий рыцарь или сбившийся с дороги купец-чужеземец. Угостив путника обильным ужином, напоив вином, хозяева замка жадно внимали его рассказам о том, что происходит в далеких землях, а далеким считалось любое место, куда было больше дня пути. Гостя старались удержать как можно дольше, если тому было, что рассказать. Нередко какого-нибудь менестреля вспоминали в замке столь же долго, как блестящий турнир или обряд посвящения в рыцари кого-либо из оруженосцев.

Замок принимает бой

Даже в самое мирное время замок жил в полной боевой готовности: среди соседних баронов были не только друзья, но и враги, а окрестные леса полны разбойников. Никогда владелец замка не забывал выставить на стенах и башнях боевые дозоры, и частенько тревожные звуки рога ночью будили обитателей замка, а вслед за тем в коридорах и на лестницах звучали громкие клики, бряцание оружия, отрывистые команды. Если тревога оказывалась ошибочной, замок снова погружался в сон; если к его стенам подходили враги, готовился к обороне. Взять замок приступом, преодолев все оборонительные рубежи, было не так-то просто. В большинстве случаев нападающие сразу же отказывались от этой мысли, предпочитая долгую затяжную осаду, и надеясь взять гарнизон измором. Однако как раз на такой случай в подвалах замка продовольствия запасалось на несколько лет вперед. Конечно, были в замке и собственные колодцы. Гонцы, выбравшись через подземные ходы, спешили к друзьям-соседям или к сеньору, вассалом которого был владелец осажденного замка, за военной помощью. Чаще всего все кончалось полюбовной сделкой между осажденными и осаждающими — владелец замка шел на какие-то уступки, и в окрестностях вновь воцарялся мир. Иногда барону, ведущему осаду, спешно приходилось отступать, потому что как раз в этот момент кто-то нападал на его собственный замок. Но случалось, враг отваживался на приступ. Хоть и был замок тщательно и продуманно укреплен, но и осаждавших было что противопоставить защищающемуся гарнизону. Конструировались все новые специальные осадные машины и специальное снаряжение. Здесь все было точно так же, как в извечном соревновании доспеха и наступательного оружия. Если перед замком была открытая площадка, простреливающаяся со стен и башен, нападавшие могли укрыться от стрел за большими щитами, сколоченными из досок или сплетенными из прутьев. Эти щиты снабжались колесами и подвигались все ближе к стенам. Когда еще не было артиллерии, ее заменяли большие стационарные арбалеты, стреляющие длинными металлическими стержнями, раскаленными на огне или обмотанными горящей паклей. Существовали позаимствованные у древних греков и римлян баллисты — машины для метания тяжелых камней. Если нападавшим удавалось вплотную подойти к стенам, в ход шли штурмовые лестницы. Основания их передвигались по полозам на деревянной раме, и лестницу можно было установить под любым нужным углом. Начинали свою работу стенобитные машины — хитроумная механическая конструкция наносила по каменной кладке удар за ударом тяжелой металлической кувалдой. Пользовались нападавшие и тараном — окованное металлом тяжелое бревно, подвешенное на ремнях, укрепленных в деревянной раме, раскачивалось и раз за разом ударяло в стену или ворота. Существовали штурмовые башни, представлявшие собой деревянные сооружения, постепенно придвигающиеся к стенам замка с помощью бревен-катков. Если удавалось подвести башню вплотную, нападавшие, до этого укрывавшиеся за башней, по перекидным мосткам перебирались с ее верха на стену и начинали рукопашный бой. Испытанным методом были и подкопы, скрытно ведущиеся под стены. Разумеется, осажденные тоже не сидели, сложа руки. Когда враг шел на приступ, на него летели со стен и башен тучи стрел. Если нападавшим удавалось подойти вплотную, их обливали кипящей смолой, которая постоянно была под рукой в огромных чанах на огне, и кипятком. Штурмовые лестницы вместе с цепляющимися за них воинами отталкивали от стен специальными крючьями. Если же нападавшие взбирались все-таки наверх, узкие дорожки на стенах становились местом ожесточенных рукопашных схваток, и сделавший малейшее неверное движение воин падал со страшной высоты вниз. Высок был накал битвы; случалось, одна и та же башня или стена по несколько раз переходила из рук в руки. Нападавшие, тесня защитников замка, продвигались вперед буквально пядь за пядью, и за взятым укреплением тут же приходилось брать другое. А потом отступать назад под натиском обороняющихся.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66